31

Большой широкий город, магистрали и дома Гусары в окна, бесполезная тюрьма Зеленым яблоком железо запоет Ты станешь слаще, а я Пропала без вести в японских лагерях Пропала голубем с синицею в руке Я застывала в ожидании тебя Неблагодарно... С тобой проводит ночи тридцать первая весна И без сомнения ревнует ко всему И без сомнения ревнует ко всему, бьет стекла А я прощаюсь с городом просоленным, куда В любое время не доходят поезда И губы часто здесь обветрены мои бывали Рассвет. В соломе крылья, паутина, провода Я мягким тигром сторожу тебя в окне И обалдевшая от нежности вода несовершенна А я к тебе стремлюсь, я нагибаюсь до земли Я в этом марте, в этом марте навсегда И одуревшие дрейфуют корабли неблагодарно... С тобой проводит ночи тридцать первая весна И без сомнения ревнует ко всему И без сомнения ревнует ко всему, бьет стекла А я прощаюсь с городом просоленным, куда В любое время не доходят поезда И губы часто здесь обветрены мои бывали С тобой проводит ночи тридцать первая весна И без сомнения ревнует ко всему И без сомнения ревнует ко всему, бьет стекла А я прощаюсь с городом просоленным, куда В любое время не доходят поезда И губы часто здесь обветрены мои бывали А я, а я, а я... А ты не видишь, а я А ты не видишь, а я А ты не видишь, а я А ты не видишь, а я А ты не видишь...